ЧАСТЬ I. ПОЗНАНИЕ СЕБЯ И АЗОВ МИРОУСТРОЙСТВА
Пролог
Я — ЭVA, но так было не всегда…
Сегодня моя память частично разблокирована, и я расскажу тебе, мой дорогой друг, про свой путь Домой.
Мое путешествие в этой жизни началось в теле Ирины, но мое существование было задолго до нее.
Моя душа получила опыт мира 3D, будучи камнем, растениями, многими видами животных. И только с возможностью получить тело человека я стала способна осознанно проявляться, действовать и формировать свой уникальный и неповторимый спектр.
Было много воплощений, много жизней и разных судеб... Были сюжеты и сценарии, достижения, преодоления, выдерживания. Я училась устойчивости и пластичности, расширению и самоограничению… Мое «Я» училось жить в теле, и самое важное — умению выживать, чтобы быть пригодной для самой Жизни. Войны, эпидемии, болезни, взлеты и падения открывали разные вкусы и грани этой структуры. Моя душа создавала различные аспекты себя, чтобы брать из каждой жизни новый отпечаток своего «Я». Как птица Феникс, когда время жизни заканчивалось, сжигала все, что было второстепенным, чтобы вложить внутрь себя семя опыта. Она творила каркас для своего Нового «Я», уникальный сосуд, способный вместить ее экстраординарность и оригинальность. Семя за семенем, жизнь за жизнью, СамоСозидая, в цикле бесконечного рождения Себя из себя моя Душа дошла до той, самой важной Жизни!
Живорожденная и на100Ящая, искренняя и мужественная, незащищенная, оголенная, но звучащая — моя Ира, моя I-RA, окончательно сгоревшая в Пламени своего Агни, огня собственного, Веками взращенного «Я», ставшая моей Матерью и моим ПервоКодом, Фундаментом, Игрой Нового Уровня моего «Я».
Я — ЭVA! Рожденная из БлагоДарной Слезы Счастья своей Матери! БлагоСловЛенная Океаном Слез Радости моего Отца! Явленная Миру и вызвавшая у Него застывшее «Эээээ…», поиск в архивах сравнений аналогов ни к чему не приведшая и ЖивоРожденное «WОооwww!..» ПроИзВедШая!
Я — ЭVA! Но так было не всегда! Моей Ирине, моему Мастеру и всем просыпающимся посвящается…
Глава 1. Активация «граблями»
Активация моего Пробуждения началась весной 2001-го года.
Я отсняла фото своей восьмимесячной дочки и отправилась в фотоателье распечатать фотографии. Когда все было сделано, мне передали конверт, и я стала пересматривать фотографии. Фото моей дочери были вперемешку со сценами из стриптиз-бара. Я отбирала свои снимки и объясняла, что остальные, вероятно, по ошибке попали в мой конверт. Менеджер тщетно пытался меня переубедить, что это невозможно, до тех пор, пока я не подняла глаза и не увидела, что он смотрит за мое плечо и, бледнея, что-то пытается показать глазами тому, кто там сзади. За мной стоял мой муж! Обернувшись, я увидела его испуганное лицо, на котором он изо всех сил старался изобразить невинную улыбку. Я снова посмотрела на фотографии, которые отложила, и… о Боже!, я увидела там его… среди этих откровенных сцен и полуголых девиц.
Земля начала уходить у меня из-под ног, предательски засосало под ложечкой, появилась тошнота. Как в тумане я вышла на улицу, муж пытался что-то объяснить, но мои уши как будто заложило, мое тело защищало меня, как могло — это было больше, чем я могла выдержать. Даже сейчас, когда я пишу это, моя Душа плачет…
Все рухнуло в одну минуту… Абсолютно все!!! Мир, жизнь, моя картинка счастливого семейного счастья и такого же безоблачного будущего…
Это был мой третий брак, я так старалась построить то, о чем мечтала с раннего детства. Я выросла в неполной семье, с отчимом, и еще тогда я твердо решила, что у меня и моих детей все будет иначе. И вот я снова стою у осколков своей разбитой жизни, на руках девятилетний сын, годовалая дочь и впереди темнота.
Гул в ушах, липкий пот и темнота обволокли все вокруг. То, что представлялось мне самым страшным, то, чего я так пыталась избежать, снова ворвалось в мою жизнь и все разрушило. Почему ЭТО снова происходит со мной? Я была на грани истерики не столько изза боли, сколько из-за непонимания.
Почему опять измена? Мне казалось, что я могла смириться со всем: безденежьем, грубостью, возможно, даже инвалидностью партнера, но только не с изменой: это то, что было выше моих сил, это то, что уже дважды разрушало мой брак.
ЭТО было каждый раз, как гром среди ясного неба, когда ты полностью расслаблен и уверен, что у тебя все в порядке, ты чувствуешь себя счастливым, уверенно смотришь в завтрашний день… А потом — раз… И все! Ты не просто сломлен, ты раздавлен, уничтожен, лишен достоинства… нет желания жить, дышать… Советы типа «нужно бороться», «с кем не бывает», «еще не факт»… в этом случае абсолютно бесполезны. У тебя нет сил, ты убит на месте. Боль настолько велика, что кажется, это за порогом твоей чувствительности. Картинка выглядит нереальной, ум спешит на спасение и говорит: «Может, это сон, просто-о-о страшный сон, а?», «Ну-у-у, или это недоразумение, а?», «Сейчас все рассмеются и скажут: «Сюрприз!» Глупышка, ты действительно в это поверила? Ха-ха-ха…»
Но-о-о! Ты же знаешь! Это РЕАЛЬНОСТЬ, Детка! И она твоя!!!
И ты пытаешься выслушать сбивчивые объяснения, что это: «командировка», «друзья затащили», «я не хотел», «люблю только тебя», «согласился на пару минут», «выпили больше», «перебрали», «я даже не помню, кому пришло в голову фотографироваться», «ничего не было», «и в конце концов — это просто стриптизерши! Это ничего не значит!»… И ты бессильно пытаешься поверить тому, чему та-аак хочется верить, что это и есть правда, но внутри на всю громкость твое сознание кричит: «ЛОЖЬ! Он врет!» Ты разрушена изнутри, как будто какой-то червь жрет твое ядро, и ты знаешь, что у тебя нет шансов залечить эту рану.
Далее в моих программах всплывает типичная реакция: «Нужно бежать! Если останусь, я сама превращу все в ад! Я хорошо знакома со своей злопамятностью: я не смогу простить, всем будет хуже».
К счастью, муж в этот же день уехал на несколько дней по работе. Я осталась одна — мысли ходили ходуном, день смешался с ночью, я тщетно пыталась найти выход, всеми силами боролась с собой, чтобы не наделать глупостей, вернее, с желанием немедленно собрать вещи, забрать детей и уехать как можно дальше. В этой суматохе голос здравого смысла потихоньку стал набирать силу: «Это не выход, ты уже дважды поступала так же, и что? Где ты сейчас? В этом же месте? Только в чужом городе, где нет ни одного близкого или хотя бы знакомого человека, разница только в том, что сейчас тебе даже некому пожаловаться… Твои дети от разных отцов, и сколько раз ты будешь выходить замуж? Скольким будешь рожать детей, наивно пологая, что в этот раз будет все иначе?» И снова предательская боль внутри, которая орет, разрывая тебя: «Все что угодно, только не измена!»
Это то, что по какой-то непонятной для меня причине я не могла выдержать, то, что разрушало меня окончательно именно там, где заканчивались мои компетенции. Я была сильной женщиной, могла терпеть боль, лишения, я могла быть терпимой ко многим человеческим качествам и порокам, но это было намного больше меня… Я была разломлена надвое. Я слышала, что говорит мне здравомыслие, но как только в моем Сознании всплывала исцеляющая и заживляющая мысль, вторая моя часть беспощадно вскрывала по живому этот шов, расковыривая рану еще глубже…
На третий день, без сна и еды, между метаниями уйти или остаться я как в трансе наблюдала за обеими своими частями, которые без моего участия вели переговоры. Одну я назвала «рациональной», другую чувственную — «травмированной».
Рациональная часть (РЧ): «Мои доводы аргументированы, и ты знаешь, что я права. Детям нужен отец, у тебя нет средств к существованию, в детский сад ребенка возьмут только через два года, твое образование сейчас уже не востребовано. Иди учись, поменяй профессию, встань на ноги, дай себе время, а если спустя несколько лет боль не утихнет — мы уйдем. Подготовим сначала почву и уйдем. Куда сейчас? Домой? К маме? Для меня это поражение, ты эгоистично думаешь только о себе, а на меня тебе наплевать. Я, например, гордая, и ты убьешь меня этим очередным позором. А еще — я умная, и я тебе дело предлагаю. Слушай меня, и не пропадем…»
Травмированная часть (ТЧ): «Я очень хочу тебя услышать, я понимаю, что ты, возможно, права, но я действительно не могу поступить так, как ты просишь. Ты хочешь, чтобы я притворялась, а я не умею, это же не на день или месяц. Ты говоришь, что нужно несколько лет... я не смогу», — она все время плакала.
РЧ: «Ты помнишь, что говорила Скарлетт О’Хара из «Унесенных ветром»? Каждый раз, когда ей было очень плохо и она не видела выхода, она говорила: «Я подумаю об этом завтра», представь, что твое завтра лет через пять…»
ТЧ: «Ты просишь от меня невозможного, мне жаль, но ты не можешь на меня рассчитывать».
РЧ: «Но… при всем этом ты ведь любишь его? И это ты, сломя голову, бросила все и всего через несколько недель после знакомства переехала к нему, оставив родной город, работу, друзей и, между прочим, о-о-очень даже красивый брак, где мы были, как за каменной стеной. Тогда до меня тебе тоже не было никакого дела, мы все время поступаем так, как хочешь ты».
ТЧ: «Я не знаю сейчас, кого я люблю, а кого нет. Мне больно и все! Я сейчас чувствую только это, а еще я злюсь!!! Злюсь на него, его друзей, на того придурка, который решил запечатлеть эти сцены, злюсь на хозяина стриптиз-бара, весь город, в котором стоит это заведение, и на себя! Я злюсь на себя, потому что боюсь разрушить последнюю надежду, что «ничего не было», если заставлю его мне поклясться, что это неправда…»
И тут вмешалась Я — именно тогда я узнала, что кроме всех моих субличностей есть то, что я ощущаю как целое, Верховное «Я». А ведь моя рациональная часть права, каждый раз я поступала так, как этого хотела та, другая: ей было плохо, она сходила с ума, и, чтобы уменьшить ее боль, я искала спасение в бегстве. Сейчас я впервые поняла и согласилась, что это было эгоистично по отношению к сыну, маме, другим и даже к самой себе. Каждый раз мы забивались внутрь себя, зализывали раны и потом все начинали сначала. В этот раз я поступлю иначе. Мне следует прислушаться к той себе, кого я раньше даже слушать не хотела! И Я приветливо посмотрела на ту часть, которая была травмирована и попросила у нее прощения. Я сказала, что буду очень внимательна к ней, что у нее будет времени столько, сколько ей необходимо, и если наступит время, когда я встану на ноги, смогу заботиться о себе и своих детях, но при этом будет уверенность, что лучше все же уйти, мы снова сядем за стол переговоров и примем осознанное решение.
Сейчас мы втроем собрались для обсуждения нашего будущего. Мне необходимы были четкий план и сроки его выполнения. Это было условие травмированной части, она хотела знать, сколько у нее времени. Рациональная часть тут же выложила свои мысли, на что Я просто удивилась, откуда у нее эта ясность? Казалось, ею все было продумано и, возможно, даже прописано, и она только и ждала возможности быть услышанной.
— Во-первых, необходима новая профессия, наше медицинское училище и педагогический университет никуда не годятся. Во-вторых, от твоих побегов есть и польза, — обратилась она к ТЧ. — Мы сейчас в столице, а это большие возможности. Предлагаю получить второе высшее юридическое, психологическое или… (она засмущалась) журналистское, а вернее (и окончательно залилась красной краской) — писательское образование!
— Почему именно они? — вмешалась Я.
— А что ты предлагаешь? — спросила РЧ. — Торговля, экономика или, может, бизнес в сфере коммуникаций? Перспективно, конечно! Ты умная, трудолюбивая. Уверена, что будешь успешна в любой отрасли! Но! У нас не так много времени, она, — РЧ кивнула в сторону ТЧ (травмированная часть… хотя, проще — матрица терпилы), — сказала, что не готова долго терпеть. Переучиваться с нуля долго и дорого.
— Адвокатура! — пафосно и громко выкрикнула Мадам Рацио. — Вот, что мне нравится! У меня хорошая память, речевой аппарат, логика, любовь к справедливости — это мое!
— Тогда психология,—еле удерживаясь в диалоге, сказала ТЧ, которая до этого не проявляла никакого интереса к нашей дискуссии.
И Я с ней согласилась. Это поможет мне разобраться в себе, получить знания, как воспитывать детей от разных браков, и вообще — понять природу человека, его мотивации и потребности, это же так интересно и познавательно... наверное.
— Да? — спросила Я с надеждой у ТЧ.
Именно этот интерес познания мира в свое время привел меня в медицину, я так мечтала стать врачом, но мое раннее замужество и беременность раз и навсегда отрезали меня от этой мечты. Я не смогла лечить тело, но смогу лечить душу… Я ощутила, что впервые за последние несколько дней почувствовала себя живой. Во мне проявился интерес, желание жить… Думаю, это и был тот шаткий компромисс и нестабильная гармония всех моих самостей.
Спорить больше было не о чем. Решение принято. Рациональная часть была не в восторге от нашего решения, но сам факт того, что в ближайшие несколько лет штурвал нашей жизни впервые в ее руках, радовал ее как никогда. А моя родненькая, именно так Я ее ощущала, ТЧ могла ничего не решать, а довериться той, которая разрулит всю ситуацию.
— Доверьтесь мне, я сделаю все как надо. К нашему счастью, сейчас только май, у нас есть время успеть поступить в этом же году. Я завтра займусь поиском и анализом подходящего учебного заведения. — Мы уже не слушали РЧ, а она воодушевленно продолжала сама. — Нужен институт по прямой ветке метро, чтобы не тратить время на дорогу, няня, безлимитный интернет, принтер…
Этим же вечером я уложила детей и перед сном поняла, что боль поутихла и напоминала о себе просто тянущим чувством внутри грудной клетки. «Странно, — подумала Я. — Почему болит именно в груди, не в животе, не в голове, а в груди?» Рука потянулась к книге, которую мне подарили пару лет назад Свидетели Иеговы, на ее обложке была фотография счастливой семьи, я открыла ее и в эпиграфе прочитала фразу: «Если у вашего дома протекает крыша, вы же не бросаете его, вы чините вашу крышу, почему же тогда вы бросаете свою семью вместо того, чтобы починить ее?» И Я поняла, что Я, как тот нерадивый хозяин, каждый раз бросала свой дом, когда в нем протекала крыша. В этот раз Я поступлю иначе! Из груди вырвался вздох облегчения, вероятно, внутри себя Я уже боялась этих побегов, новых строек и неизвестности.
Я почувствовала, как устала и как хочу спать. Прислонившись к подушке, я тихо заплакала, мне было очень жалко себя, я была абсолютно одинока — в этот раз никого из близких не было рядом.
Последнее замужество вырвало меня с корнями из моего родного города, от моих друзей. Я не успела обзавестись новыми, в которых сейчас так нуждалась и, возможно, именно этот дефицит позволил мне поговорить с самой собой и принять правильное решение. А правильное ли оно? «Я подумаю об этом завтра», — сказала Я самой себе и начала молиться, чтобы мне дали сил, мудрости и мужества строить свою жизнь. Кому я молилась? Тогда Я об этом еще не знала! Тогда у образа моего Бога не было ни лица, ни формы. Я просто молилась ЕМУ, тому, кого ощущала как что-то большее.
А еще я никак не могла смириться с тем, что прохожу один и тот же урок, и почему это происходит именно со мной? Одни и те же грабли, и никакого иммунитета, даже наоборот, каждый раз еще больнее. Как устроен этот мир? Одни мои подруги не могут забеременеть, другие — выйти замуж, у третьих мужья пьют, и это повторяется у каждой из нас из года в год. Как на большой сцене, где декорации одни, но сценариев множество… «Господи!» — прокричала я внутри себя, этот крик предназначался самой Вселенной. Боль и непонимание вызывали во мне отчаяние, злость, агрессию и бессилие, за которыми скрывалась новая порция агрессии и несогласия… Всю свою жизнь я мечтала только об одном — и это просто быть счастливой! Я не просила у Бога денег, славы… Я просто хотела женского счастья.
В этом состоянии и с этими мыслями я погрузилась в долгий тревожный сон, который закончится только спустя несколько лет, но совсем не так, как Я тогда ожидала…
Глава 2. Антон
Он стоял напротив меня, и я никак не могла его рассмотреть. Но я отчетливо видела свечение, исходящее от его тела.
— Ну хватит меня рассматривать, есть вопросы — задавай.
— Ну вот, сначала просят, молят, а потом делают вид, что я — галлюцинация.
— Я не просила, и вообще, ты кто?
— Как это не просила? Почему Я? Как все это устроено? Почему мир несправедлив? Но если ты передумала, я пойду…
— Стоп, — сказала я. — Мне без разницы, кто ты, но если у тебя есть ответы на мои вопросы, я тебя точно не отпущу.
— Ой, только без угроз! А ну, попробуй удержать меня, — и он протянул мне руку. Даже не дотронувшись, я поняла, что у него нет тела, вернее, оно было, но скорее напоминало голограмму, нежели плотную материю.
— Ты кто? Или что? Компьютерная технология? И как ты здесь очутился?
И вдруг я поняла, что стою в каком-то открытом белом пространстве и в нем нет границ. Как бескрайнее море оно простиралось везде, куда падал мой взор. Я почувствовала страх. Как только я это осознала, тут же появился лес, поляна, трава… «Я схожу с ума», — проскользнуло у меня в голове.
— Нет, не сходишь, просто так твоему уму будет спокойнее, если нас будет окружать привычный для тебя мир.
— Ты умеешь читать мысли? И ты не ответил, кто ты.
— Можешь называть меня Антон, приблизительно так звучит мое имя в земной вибрации.
— В земной вибрации? А ты откуда, и почему я тебя вижу как голограмму, или ты не настоящий? Кто тебя создал?
— Кто создал? Тот же, кто и тебя. У этого мира один Мастер. Просто я с более высокого уровня. Мой мир состоит из более тонких вибраций, и ты не можешь его воспринимать. Мне специально пришлось себя уплотнить, чтобы ты могла меня видеть. Вернее сказать, это ты меня и уплотнила.
— Как это? Я ничего такого не делала, я тебя вообще впервые вижу.
— Одно из правил Мастера звучит следующим образом: «Когда Мастер чувствует, что кто-то находится в поиске Его, в движение приводится божественная милость для реализации запроса этого человека. Если этот поиск продолжается с жаждущим сердцем, он становится настолько сильным, что Сам Мастер отправляется на поиск этого человека. Интенсивность старания вместе с постоянным нетерпением создает внутри такого человека вакуум для притока божественной милости и устанавливает между ними двумя соединительный канал». В общем, ты вопила. Вопила? Сам Мастер пока еще не отправился на твои поиски, но он послал меня. Спрашивай, чего надо.
— Вы в вашем мире и так нас называете. Хочешь, буду ангелом.
— У ангелов есть пол? Я вижу тебя как мужчину, и ты назвался Антоном.
— Отчасти все в мире — энергия, и она обладает разными качествами: если больше анимы — тело формируется в соответствии с женским полом, а если анимуса — с мужским. Вам, людям, это необходимо для продолжения рода и самоидентификации, нам — нет. В зависимости от настроения и того, чем я занят, я могу менять концентрацию энергий по несколько раз за лит, ну, за год, по-вашему. Если наши встречи продолжатся, я не буду тебя смущать и буду приходить в привычной для тебя форме. Ваш ум очень нестабилен и впечатлителен. Для выполнения моей задачи так будет лучше для нас обоих.
— Твоей задачи? Если наши встречи продолжатся? От кого или от чего это зависит?
— От тебя и только от тебя. Вернее, от твоих вопросов, от твоего аппетита и насыщаемости. Единственное, с чем я не могу смириться, так это почему Мастер подчинил человеческому существу все иерархии высшего плана? Как только человеческая монада начинает вопить и задавать вопросы, мы должны тут же все бросить и, как золотая рыбка, прислуживать, пока не произойдет насыщение.
— Странно, похоже на то, как мы обращаемся со своими детьми: пока ребенок не плачет и ничего не просит, мы заняты своими делами.
— Именно, даже мать не кормит свое новорожденное дитя, пока оно не заплачет. И вот тебе одно из первых правил: «Нужна просьба, намерение, голод, крик». Понимаешь? Ну, у вас же там написано: «Стучитесь и откроется». Ты постучала — мы открылись.
— Кто это мы, сколько вас? Вы знаете ответы на все вопросы?
— Нас много, каждый из нас — специалист в своей области, например, я — архивариус знаний об устройстве физического мира. Прихожу чаще всего к ученым, изобретателям… Иногда к тем, кто очень хочет знать, как это работает.
— Значит, наш мир имеет свои законы мироздания, и ты их знаешь?
— Совершенно верно, дорогая. Вы живете в мире сакральной геометрии и математики, в мире систем, порядков и информационных полей. Все очень просто, иногда ваши компьютерные игры гораздо сложнее, чем ваша матрица.
— Матрица? А сценарий к фильму «Матрица» Ларри и Энди Вачовски — твоих рук дело? Антон смущенно улыбнулся:
— Мне тогда здорово влетело, знания должны быть прикрыты, чтобы остальное человек сам мог осознать. Необходимо усилие, неуспокоенность, а мы расслабились, забыли, что сейчас 21-й век, и даже ребенок владеет основными терминами дешифровщика.
— То есть ты хочешь сказать, что у людей всегда были знания о том, как устроен мир, просто в разные времена вы их зашифровывали, дабы мы не могли их прочитать?
— Не совсем так, мы давали сотни подсказок, выбирали аналогии, подходящие для того времени, мифы, легенды, сказки. Вы можете познать Мастера через любую религию, духовную традицию или просто его творение, будь то природа или вы сами. Все по образу и подобию.
— А почему Мастер, а не Бог, Господь, Абсолют, в конце концов?
— Это все синонимы, я уже говорил, что являюсь архивариусом устройства именно физического мира, и у нас принято называть Его Мастером, ну или Создателем, Творцом. У всего есть Мастер, он — Мастер Вселенной, ты — Мастер своих детей, твоя кошка — своих котят, маленькое семечко является Мастером большой яблони, а архитектор—Мастер своего проекта, но Он —Мастер ВСЕГО. Мы не делатели, мы — инструменты в руках делателя, хоть и обладаем некоторым количеством свободы воли, выбора и творчества. Мы — это Он! Все есть Он, а вернее, Она... ну, или Они… Ладно, забудь! Спрашивай!
— Ладно, это интересно, но сейчас меня интересует моя жизнь. Почему я снова в том же месте, в котором была много лет назад, почему уже третий раз? Я что тупица, опять сдаю неусвоенный урок? В чем моя ошибка? Мне казалось, я каждый раз делала выводы и извлекала уроки, и все напрасно, все повторяется, как заезженная пластинка.
— Именно! Ты правильно все подметила, как заезженная пластинка. Это информационный файл, который является частью твоего опыта, и ты или будешь его перепроживать вновь и вновь, или осознанно начнешь менять драйвер. Именно поэтому я здесь. Ты просила помощи, ты хотела знать. Я готов помочь.
— Тогда скажи, что я делаю неправильно и как мне из этого выбраться?
— Так дела не будет. Если ты ждешь готовых ответов, наше сотрудничество прекратится, не начавшись. Ты будешь двигаться сама, я только буду помогать. Найдешь правильный вопрос, я приду.
На этих словах Антон исчез. Вот так взял и исчез. И я почти сразу проснулась. Что это было? Сон? Но я все видела как наяву. Это, наверное, результат трехдневного перенапряжения и всего прочего.
Дети еще спали. Я вспомнила, что было накануне, вчерашний вечер казался таким же нереальным, как и этот сон. Тело болело, голова раскалывалась, от долгих слез лицо стало одутловатым. Я умылась, посмотрела в зеркало на свое жалкое отражение и снова заплакала.
«Ты будешь проходить этот опыт вновь и вновь. Пока не начнешь менять драйвер», — вдруг услышала я в своей голове.
Я подошла к компьютеру, ввела «Википедия драйвер», прочитала: «Драйвер — компьютерная программа, с помощью которой другие программы операционной системы получают доступ к аппаратному обеспечению устройства (англ. driver — водитель)».
«Бр-р-р, — подумала я, — не хочу быть запрограммированной чуркой, что я робот, что ли?»
Все так, этот сон был не таким уж бредом.
«Та-а-а-к! — сказала я сама себе, — ну что ж!» — и набрала в строке поисковика: «Учебные заведения Киева».
Глава 3. Сила в Системе
Прошел год. Все утихло. Сын ходил в школу, дочь в ясли. Я училась в университете на факультете психологии, муж работал. О том, что произошло год назад, я запретила себе думать, все силы тратила на учебу. А встречу с Антоном я буквально амнезировала. Дедушка Фрейд был прав, когда говорил, что бедным не грозят депрессия и неврозы. Потому что у них просто нет времени и сил на внутренний диалог и созерцание причин неудовлетворенности жизнью. Подсознательно моя система выстроила компенсаторную программу в виде трудоголизма. Дом, дети, учеба… Оказалось, что второе высшее по психологии тогда получить было невозможно, поэтому пришлось поступать на третий курс и сдавать восемнадцать предметов академразницы. Большую часть времени муж был или на работе, или в командировках. Быт, дети и все остальное оставалось на мне. Усталость, бессонные ночи, отсутствие помощи извне сделали свою работу — боль была под надежной анестезией.
За это время я узнала о возрастной и гендерной психологии, мотивации, потребностях и многом другом. Когда мы изучали психофизиологию, я не переставала удивляться, как человек все-таки похож на запрограммированного биоробота. Стимул, реакция, паттерны, жизненные сценарии — все это делает нас существами, которые скорее рефлексируют на смену постоянно чередующихся обстоятельств. А еще было абсолютно понятно, что все циклично и выйти из повторяющегося цикла можно, но только благодаря работе над собой, многолетнему формированию характера и смене конструктов. Достаточно одного травматического события в раннем детстве — и искалеченная жизнь тебе обеспечена. Потом годы психотерапии, и не факт, что полное исцеление возможно.
Почему так сложны изменения? В моем детстве родители расстались, когда мне было три года, неужели маленькая я решила, что, как и мама, никогда по-настоящему не буду счастлива в браке? И теперь я иду по жизни с этим сценарием, и у меня нет шансов что-то изменить? Или нужно пойти к психоаналитику, чтобы лет через десять вспомнить то, что забыла? А если нет? Психология мне казалась интересной теорией, слабо применимой к реальной жизни. Знания, они, конечно, хороши, а как их использовать? Я собиралась помогать людям решать их проблемы, в то время как в моей душе покой так и не наступил. Потихоньку нарастало разочарование в классическом образовании, и я стала посматривать на различные альтернативные системы обучения: курсы, практикумы для психологов, профессиональные сообщества психотерапевтов…
Своей маленькой дочери я часто включала канал «Animal Planet», он о природе, и иногда с удовольствием сама подолгу засиживалась с ней, с наслаждением наблюдая за миром животных. В одной из передач рассказывали о стае аистов. Как известно, аисты живут парами, и на зимовку они улетают в теплые края. В середине августа аисты, принадлежащие к одной стае, собираются на поляне для того, чтобы на рассвете улететь на юг. Они выстраиваются в клин, в котором каждая птица занимает свое место.
В моей голове сразу возникла масса вопросов: откуда они знают, что наступил тот самый день для сборов, где та самая поляна, где твое место в этом ключе?
В один из дней показывали жизнь муравейника. Оказывается, что муравейник может достигать метра в высоту. Внешне он ничем особенно не примечателен, но внутри находится целый «муравьиный город», уходящий под землю. Каждый взрослый житель этого города имеет свою «профессию», у каждого муравья есть своя работа. Так же, как и люди, муравьи поддерживают высокоорганизованную структуру своих городов-муравейников. Например, в муравейнике есть свой детский сад, в котором работают воспитатели и регулярно выводят маленьких детей на свежий воздух.
Еще в муравейнике есть свои больницы, где работают врачи, например, хирурги. И в случае, если кто-то из жителей повредил себе конечность, то есть руку или ногу, то хирурги ампутируют ее (отгрызают).
Есть муравьи, которые строят, чистят и защищают муравейник — это рабочие муравьи.
Так же обязательно в муравьиной семье есть «хранители» нектара. Они нужны на тот непредвиденный случай, если в муравейнике случится голод и рабочие муравьи больше не смогут добывать корм.
Если их дом-муравейник затопит, муравьи сделают все, чтобы все их собратья, личинки и самки выжили. Для этого они умеют быстро строить муравьиные мосты на воде, по которым выводят всю свою большую семью на сушу.
Я хорошо знала биологию, она была одной из моих любимых дисциплин, почему я раньше не придавала такого большого значения вопросам: «как?», «почему?», «каким образом?». Все казалось естественным и понятным. И вот, спустя столько лет, я не могу поверить в то, что слышу. Как это возможно? Что ими движет? Кто всем этим управляет? Кто режиссер? Мы живые или запрограммированные существа?
Информация о пчелином рое окончательно сбила меня с толку. Пчелиный рой — это не просто сообщество пчел, живущих вместе, это единое целое. Пчела не может жить вне семьи. Ведь разные пчелы выполняют разные задачи, необходимые для всего роя. Поэтому пчела совершенно бескорыстно делает для роя все, что нужно, и при необходимости встает на его защиту. Ужалив, пчела не может вытащить жало, поэтому погибает, жертвуя жизнью ради семьи. Большая часть обитателей улья — всем знакомые рабочие пчелы. Это неполовозрелые самки. Они не способны откладывать яйца. Вся их жизненная задача — кормить и защищать матку, трутней и личинок. Матка — это глава пчелиной семьи. Это единственная пчела во всем улье, способная откладывать яйца. Трутни — это самцы пчел. Их единственная задача состоит в продолжении рода.
Матка всегда сидит в улье. Она вылетает из своего гнезда лишь для оплодотворения, а также при роении, когда все молодое поколение пчел вылетает в поисках нового жилища. Матка выводится из тех же яиц, что и рабочие пчелы. Разница состоит в том, что личинки маток развиваются не в пчелиных ячейках, как ее сестры, а в маточных мисочках, которые больше по размеру и имеют другую форму. Кроме того, драгоценная личинка питается лишь маточным молочком, а будущие рабочие пчелы с трехдневного возраста получают другой, более грубый корм. Поэтому пчеловоды, заинтересованные в том, чтобы получить матку, перекладывают подходящую личинку из пчелиной ячейки в маточную мисочку.
Матка может откладывать яйца и без оплодотворения. В этом случае из них выводятся самцы — трутни. Поскольку оплодотворения не было, сыновья в точности копируют признаки матери. Иногда матка упорно не желает вылетать для оплодотворения и продолжает выводить трутней. Для пчеловодов это большая проблема: ведь трутни не могут делать мед, зато могут в большом количестве его поглощать. Поэтому матку-трутовку (так называют пчелу, выводящую лишь трутней), пчеловоды заменяют другой. Правда, новая «королева» может и не прижиться в улье.
«Прямо как у нас, у людей», — промелькнуло в моей голове. Не каждая мачеха может прижиться в семье, а трутни похожи на детей матерей-одиночек, которые научили их всему, за исключением того, как быть мужчиной.
Для меня становилось очевидным, что в мире людей и мире животных существуют одни и те же правила и, судя по всему, мир растений не исключение.
Очень похоже, что все в этой жизни взаимосвязано, все движется и все подчиняется одним законам.
Глава 4. Принцип подобия
— Молодец, — сказало существо, назвавшееся в прошлый раз Антоном. — Сколько аналогий и закономерностей увидела, сколько заключений и выводов сделала!
— Ты? — удивилась я. — Я думала, что ты плод моего воображения. В том состоянии, в котором я находилась, я бы и живому динозавру не удивилась, но сейчас я в полном уме и сознании.
— Ну, я бы так не сказал, что в полном, — лукаво улыбнулся Антон.
— Звала, ты уже несколько месяцев медитируешь на тему аналогий, закономерностей и повторений.
— Я медитирую? Брось, я даже не знаю, как это делается.
— Все медитируют, просто не все это осознают. Постоянное думание о чем-то называется медитацией. Я заметила, что мы находились в большой лаборатории, Антон был в белом халате, с гладко причесанными волосами.
Прямо передо мной был прозрачный экран. Без вступлений Антон приблизился к экрану и, не дотрагиваясь до него, воспроизвел на нем картинку, она была в формате 3D и медленно вращалась.
— Как ты думаешь, что это? — спросил он меня.
Изучив изображение повнимательней, я увидела форму, состоящую из ядра и элементов, вращающихся вокруг него.
— Это атом, — без колебаний ответила я.
— А это что? — указал он на следующую модель, которая появилась на экране.
— Тогда это что? — и на экране вновь появилась модель атома.
— Верно и неверно, — ответил Антон. — Первая модель была строением клетки, вторая — Солнечной системы и третья — атома.
— Подумаешь, немного перепутала, — огрызнулась я. Понемногу я стала приходить в себя. Всякий раз, когда я чувствую «наезд», все мои защитные силы активизируются, и сейчас я почувствовала себя по-настоящему собранной.
— Это неважно, что ты перепутала, важно то, почему ты перепутала. — продолжил Антон.
— Эти изображения действительно похожи, и я тебе не специалист во всех областях.
— Верно, они похожи, и я тебе скажу больше: что даже специалист, глядя всего лишь на эти модели, мог бы ошибиться, ибо существует один большой принцип, который ваши ученые называют ядерным принципом: «Большое отражается в малом, а малое — в большом». Принципы подобия являются фундаментальными во Вселенной. Если посмотреть на галактики, то мы увидим ядерный принцип. В середине — горячее активное ядро, по краям — более разреженная масса. Вселенная ничем не отличается от Солнечной или Галактической модели.
— Представь себе живую клетку, — сказал Антон, и на экране вмиг появилась модель клетки, я могла видеть ее со всех сторон в разных красках.
— Она имеет ядро и мембрану, и множество различных внутренних жизненно необходимых элементов (цитоплазму, митохондрии…). Все знают, что ядро состоит не из одного целостного элемента, а из набора хромосом, которые хранят генетический код клетки. Но ядро не только хранит генетический код. Ядро еще выполняет функции корректировки метаболизма (обмена веществ). Ядро вырабатывает слабые импульсы энергии — это и есть электромагнитное биополе.
Никто не сомневается, что подобная модель строения, отработанная миллиардами лет, имеет и жизненно необходимую цель.
Если сравнивать большое и малое, то получим аналогию. Солнечная система — подобие клетки, Галактика — подобие клетки, Вселенная — подобие клетки.
Клеточное строение живых организмов не случайно. Конечно же, клетка, сформированная в живых организмах, сформирована в пространстве Вселенной и, естественно, приобрела подобие Вселенной. Только в подобии клетка смогла выживать, ведь подобное подпитывается от большого подобного организма (если бы подобия не было, то не возникало бы резонанса энергий между большим и малым «резонатором»).
Ядро Вселенной — это мощнейший «реактор». Его функции — не только хранение и обработка информации. Ядро еще и генерирует энергию высокого качества. Эта энергия улавливается галактиками, звездами и живыми организмами, но по-разному, в различной степени объемов и качества. По аналогии строения живой клетки видно и понятно, что Вселенная также имеет Ядро.
Я как завороженная наблюдала на экране множество моделей, формул… Они все вращались, и от этого моя голова шла кругом. Антон был определенно в ударе, я даже не понимала, кто передо мной: научный докладчик или проповедник, настолько импульсивным и экспрессивным он был. Очевидно одно — он явно в своей тарелке.
— Если перейти к социуму, то ты сможешь получить ту же аналогию…
— Стоп! Стоп! Стоп! — выкрикнула я. — Для меня это слишком сложно! Я поняла лишь одно: все в этом мире подобно друг другу, и все взаимосвязано посредством резонанса. Но я так и не поняла, откуда муравьи знают, что им делать, а клетка печени знает о своей функции?
— Я же уже говорил тебе, — он сел, вернее, стал садиться и прямо под ним появилось кресло, было видно, что он явно недоволен тем, что его перебили. — Я уже говорил тебе в прошлый раз. Этот мир — мир систем. В нем каждая система является элементом другой системы. Каждая система имеет свое информационное поле, именно это поле определяет функционирование каждого элемента и всей системы целиком.
— Я не помню, — надулась я. — Хорошо, хоть тебя вспомнила, год прошел, как-никак.
— Вот всегда вы так, люди. Исключаете, отрезаете, амнезируете все, что для вас неудобно: «Не помню, значит — не было», «Я об этом подумаю завтра», «Лучше забыть и отрезать».
— Ты что, копаешься в моей голове? Антон явно говорил моими фразами.
— Можно и так сказать, просто пытаюсь увидеть, может, ты не помнишь, по какой причине позвала меня?
— А вот это уже удар ниже пояса: то, что я не хочу об этом думать, не значит, что я забыла. И вообще, ты прошлый раз говорил, что если человеческая монада хочет знать, то вы обязаны ей помочь найти ответ.
— Ну вот! А говоришь, ничего не помнишь! — он посмотрел на меня как-то с любовью и даже по-отечески. — Я не хотел тебя зацепить. Что, все еще больно?
— Не будем об этом, — отрезала я. — Ты говорил, что у всех систем есть информационное поле. А наши ученые знают об этих информационных полях?
— Знают, они называют их морфическими, морфогенетическими, морфосоциальными полями, ноосферой, информационным слоем пространства. Именно эти знания используют в управлении человеческими массами ваши СМИ и политики.
— Давай пока не будем о массах, меня интересует моя жизнь и моя семья.
— О, семья! — Антон закатил глаза и закружился в своем кресле. — Семья, в центре которой священная цифра семь. Мы называем ее Гептада.
На экране появилась объемная семерка, а затем с огромной скоростью замелькали голограммы с изображением семи нот, цветов радуги, чакр, таблица Менделеева с семью периодами, семь дней недели, правильный многоугольник, семисвечник на алтаре…
— Ваши мифы и легенды так или иначе связаны с этим мистическим числом, — продолжал Антон. — Тут и семь Небес рая, и семь Ворот ада, и семь смертных грехов, и семь добродетелей, семь чаш с язвами, семь Столпов Мудрости, семь громов, семь голов зверя… Пифагорейцы особо почитали его, так как считали, что оно совершенно в себе и не делится ни на что иное, кроме себя и единицы. А у древних греков и римлян это был символ удачи, связанный со сменами фаз Луны, древние философы видели в нем стража Вселенной, охраняющего семь планет.
— Готы имели семь богов, — просвещал Антон. — Халдеи верили в существование семи миров; семь небес и семь адов было у магометан; семь степеней посвящения в различных восточных орденах.
В Библии числу «семь» уделяют отдельное внимание. Седьмой день священен, потому что Бог отдыхал на седьмой день творения; семь печалей девы Марии, семь смертных грехов и добродетелей; армия Исайи на седьмой день семь раз окружала Иерихон, и во главе ее шли семь священников с семью трубами; на седьмой раз стены города пали. Было семь бед египетских; семь коров тучных и семь тощих. «Праведник падает семь раз и снова встает», — написано в ваших Притчах.
Петр семь раз спрашивал Иисуса Христа, должен ли он простить своего брата, и ответ был: «По семидесяти раз семь». В Откровении читаем о семи духах перед троном и о семи звездах, что являются ангелами семи церквей.
— Гептада — это семь космических законов, краеугольных камней всего сущего, — сказал Антон, многозначительно подняв палец вверх.
— Фу-у-у, — скривилась я. — Да ты бота-а-аник и зануда… — и на этом я проснулась. Как ни странно, но чувствовала я себя отдохнувшей и полной сил.
У меня было два варианта: записаться на прием к психиатру или решить, что мое бессознательное приглашает меня в путешествие под прикрытием некоего Антона. Первая перспектива, мягко говоря, меня не радовала, поэтому я решила остановиться на второй.
Глава 5. Семь «Я»
Среди того, что я увидела на экране, я хорошо запомнила изображение семейной генограммы. Мы проходили ее в институте. Это графическое изображение семьи и родовой системы, в котором мужчины обозначаются квадратиками, женщины — кружочками, а связи — линиями, пунктирами или стрелочками в зависимости от их характера и специфики отношений.
И геносоциограммы — это классическое генеалогическое дерево, дополненное перечнем важных жизненных событий. Здесь показаны на протяжении трех-пяти поколений даты рождения (включая выкидыши и мертворожденных детей), браки, смерти и их причины, серьезные болезни, несчастные случаи, союзы и их разрывы, уровни образования, профессии, место жительства и переезды, важные события в жизни, потери объектов любви — все то, что известно о каких-либо затерянных семейных ветвях и людях, которые уехали далеко от семьи. Включены также социометрические связи, психологические отношения, взаимные обиды и взаимные симпатии, своего рода «психологическая книга взаимных расчетов».
Геносоциограмма помогает каждому человеку лучше понять свою жизнь и свой «жизненный сценарий», свой профессиональный и личный выбор, принять во внимание семейные черты и особенности (сознательные и подсознательные), унаследованные через несколько поколений. Это способ показать некоторые подсознательные тенденции и повторы среди близких и дальних родственников, обнаружить их разнообразные роли, динамику создания мифов и легенд, скрытые семейные секреты и повторы (выбор супруга, болезни и причины смерти, профессии, образ жизни, взгляды).
На психогенетике мы учили, что генетически мы состоим наполовину из мамы и папы или на четверть из бабушек и дедушек, или на одну восьмую из прабабушек и прадедушек и так далее. У каждого из нас есть информация о наших предках до семи поколений. Снова цифра «семь», да и слово «семья» состоит из цифры «семь» и местоимения «Я». Значит ли это, что Я — это и есть сумма знаний и опыта семи поколений моих предков? А моя семья — некая общая модель, синергия тех, кто был до?
Я вспомнила, что как-то в разговоре с мамой я сказала, что не знаю, стоит ли мне сохранять брак, может, лучше попробовать еще раз. На что она ответила, что ничего не выйдет: когда я была еще маленькой, одна женщина нагадала, что когда я вырасту, у меня будет две короны на голове (то есть два образования), три брака и двое детей… Так все и случилось. «От судьбы никуда не уйдешь, — сказала мама. — Поверь моему опыту».
ГДЕ ЭТО ПРОПИСАНО? Возмутилась я тогда: «Я не верю ни гадалкам, ни астрологам». И тем не менее, этот разговор ввел меня в уныние: зачем жить, к чему-то стремиться, если все предначертано так называемой судьбой?
Сегодня я хочу знать ответы на свои вопросы. Кто бы со мной ни общался, я буду спрашивать до тех пор, пока не получу ясность.
Антон говорил, что все по образу и подобию, что общую твою функцию определяет твое системное место. Что-то похожее мы учили и в психологии: так Альфред Адлер еще на заре прошлого века утверждал, что на наше развитие как человека напрямую влияет то, каким по счету ребенком мы родились в семье, какие ожидания были у наших родителей относительно нас, какие поручения мы получили в детстве.
Вся системно-семейная психология сводится к тому, что семья первична. Человек в этом подходе не является объектом воздействия и клиентом. Клиентом является вся семья, вся семейная система. Я быстро достала с полки учебник по системно-семейной терапии и в первых же строках прочитала: «Базовая идея системной семейной психотерапии заключается в том, что семья — это социальная система, то есть комплекс элементов и их свойств, находящихся в динамических связях и отношениях друг с другом. Семья — это живой организм, напоминающий скорее пламя, чем кристалл» (Черников А.В., 1997).
Возможно, именно эту подсказку дал мне Антон. Если моя базовая система — это моя семья и мой род, значит, ответ на мой вопрос: «Что происходит с моей жизнью?» именно там.
Я достала лист А4 и стала составлять свою геносоциограмму. Она отличается от генограммы тем, что в ней указывается дополнительная информация об элементах: имена, даты рождения, смерти, разводов, переездов, кем работали…
В центре я нарисовала кружочек — это я, сверху справа от себя квадратик (папу) и кружочек (маму), соединила их линией и вниз провела черточку к «себе». Это была моя семья: папа, мама и я.
Я почувствовала, как по моим щекам покатились слезы, я впервые увидела нас, пусть это было вот так: кружочек, квадратик и черточка, зато вместе. Мои родители развелись, когда мне было три с половиной года, общей фотографии у нас не было, а здесь, на этой схеме, мы вместе. То, что случилось потом, поразило меня: из моего сердца полилась любовь, теплой волной она разливалась по моему телу, и я почувствовала, что там в моем сердце мы всегда были вместе.
«Три с половиной года», — промелькнуло в моей голове: моему сыну был год, когда я рассталась с его отцом, а в общей сложности мы прожили три с половиной года. «Не-е-ет, — подумала я, — это просто совпадение».
Когда я начала составлять генограмму, я полагала: «Чего-чего, а дерево у меня точно не получится», — так как дальше бабушек и дедушек я ничего не знала. Об отцовской линии я знала мало, да и мама сетовала, что не знает ничего о своих предках. Известно только одно: моя бабушка в 14 лет осталась «одна в хате», а почему это случилось — никому не известно.
К моему удивлению, картинка оказалась достаточно объемной, и мне несколько раз пришлось брать лист побольше. Пришлось убрать себя с центра и рисовать схему снизу вверх.
В данной схеме первым поколением были мои дети, вторым — я, два моих бывших мужа и мои двоюродные братья и сестры, третьим были мои родители и их братья и сестры, четвертым — мои бабушки и дедушки. Так как в маминой семье было пятеро детей, а в отцовской четверо, то мое дерево вышло очень даже разветвленным и густым.
В квадратики и кружочки я вписывала дату рождения, имя человека, а если его уже не было в живых, то добавляла дату смерти и ставила на нем крестик. На полях писала важную информацию об их судьбах…
Многих дат я не знала, позвонила маме, и она с легкостью назвала мне даты дней рождения и смертей своих родителей и братьев, которые умерли еще до моего рождения. Помнила она и дату рождения моей бабушки по отцу. Недостающую информацию я взяла у старших сестер своих родителей и у нашей престарелой родственницы. Информации было предостаточно, и я приступила к анализу.
Несколько часов я сидела не дыша.
Совпадений оказалось так много, что я перестала смотреть на свою схему, как на семью или род, а увидела живой организм, в котором, когда кто-то умирал, на его место приходил другой. Как будто этот пришедший имел некое поручение, миссию что-то совершить, успеть сделать то, что не успел тот, кто находился на этом месте раньше.
Я много слышала об Анн Анселин Шутценбергер — французском психологе, психотерапевте. Анн является почетным профессором Университета Ниццы, где более двадцати лет руководила лабораторией социальной и клинической психологии. В университете нам советовали прочесть ее книгу «Синдром предков». В книжном отделе я увидела еще одну по теме — книгу Винцента де Гольжака «История в наследство».
Я не просто прочитала эти книги, я буквально проглотила их. То, что я открыла в своей геносоциограмме, полностью нашло подтверждение у этих авторов. Так, Анн утверждает, что клиническая работа по наблюдению и синтезу геносоциограмм ее клиентов дает ей право утверждать, что в родовых системах повторяются не только даты трагических событий, болезни, семейные сценарии, но и сами судьбы.
В то время как Винцент пишет: «История каждого человека вписана в его семейную историю, которая, в свою очередь, включена в историю социальную. Она показывает, каким образом оказывают друг на друга влияние и взаимно усиливаются социальные и психические явления, рассматривая их на примерах семейных тайн, классовой ненависти, социального стыда или зависти».
Значит, я получила от своих родителей и своих предков не только свое тело, жизнь, но и свою судьбу? Тогда как мне ее распознать? И могу ли я что-то изменить?
Бог оставил человеку 10 заповедей, нарушение которых определялось как грех. Значит, если кто-то из наших предков украл, убил, прелюбодействовал, наказание несут дети? Но мама рассказывала, что моя бабушка была очень хорошим, простым человеком, и она говорила, что ее мама тоже очень тепло и с большой любовью отзывалась о своей маме. Неужели какая-то моя пра-пра-бабушка что-то натворила, и наши женские судьбы теперь не складываются? Внутри меня теплилась легкая радость: это не я виновата в своей неудачной женской судьбе, это все они. Или это драйвер — зацикленная программа, о которой говорил Антон, и мы никак не можем выйти из своих сценариев? «Я подумаю об этом завтра!» — автоматически выскочило из меня. «Не-е-ет!», — сказала Я. — «По ходу, ты тоже программка! Я подумаю об этом сейчас!!!»
📖 Если Вы желаете приобрести полную версию книги «Я — ЭVA» + квест «Путь к моему Высшему – Истинному Я», переходите по ссылке и оставляйте заявку: https://bit.ly/3vOsB1u